Официальные новости

«Благодаря зооволонтерству я поняла, что безвыходных ситуаций не бывает»

246

Интервью с зооволонтером и основателем приюта для бездомных животных «Котодом Мурлыка»

«За пять лет нам удалось спасти более 100 домашних животных. Не было ни одного дня, когда на нашем попечении не было питомцев», — рассказывает Александра Калмыкова, активистка и основатель приюта «Котодом Мурлыка».

Александре 31 год, она живет в подмосковной Балашихе. Совсем недавно она работала менеджером по PR и рекламе в сети детских развивающих клубов. Сейчас Александра в ожидании ребенка, но не оставляет свою работу по спасению бездомных животных.
Активистка поделилась своим опытом добровольчества и рассказала, как из простого обывателя превратилась в увлеченного зооволонтера.
— С чего начался ваш путь в волонтерстве? Какая ситуация или случай вас к этому привели?
— Моя история началась около пяти лет назад, когда я впервые столкнулась с такой проблемой, как издевательство над животными. С тех пор мне удалось пристроить более 100 собак и кошек. А до того времени я была обычным городским жителем и считала, что бездомным животным неплохо живется на улице и всегда есть те, кто их подкармливает. О волонтерах, которые помогают дворняжкам, я узнала из социальных сетей. Неравнодушные люди берут на себя ответственность за животное с улицы, своими силами пытаются вылечить его, устроить на временную передержку, а потом найти новый дом и хозяев.
С первым случаем живодерства я столкнулась в нашем городе Балашихе. В центральном парке, где гуляют дети и рядом стоит церковь, в сторожке жил живодер. Он издевался над животным буквально на глазах у детей и прохожих. До этого он занимался выделкой шкур животных для изготовления меховых изделий — видимо, в результате этого у него помутился рассудок. Он стал городским сумасшедшим, пытался скрещивать животных разных пород, резал их без видимых причин. Мы с группой активистов подключились к решению этой проблемы. Сначала мы много писали в различные инстанции, сообщали в соответствующие органы, но все было безуспешно. Потом мы обратились в СМИ, и про это сняли сюжет на телевидении. Это вызвало реакцию и большой резонанс в обществе, в результате на это обратила внимание администрация города и наконец-то приняла меры. Полиция поймала злоумышленника и отправила на принудительное лечение в психиатрическую клинику. В итоге зверства прекратились.
С того момента я прониклась этой проблематикой, и все закрутилось. Я стала брать на передержку животных. Просто идя по улице, если видела, что кому-то нужна помощь, старалась ее оказать. Я стала собирать больше сведений, смотреть, как работают другие волонтеры. Необязательно брать животных к себе домой, есть официальные передержки, где за определенную плату можно содержать животное в течение некоторого времени, там за ним ухаживают. А ты в это время можешь заниматься поиском новых хозяев для него. Всю информацию легко найти, было бы желание.
— Животных на передержку вы отдавали за собственные средства?
— Сначала да. Когда речь идет об одном или двух животных, это не сильно затратно: содержание кошки стоит четыре тысячи в месяц; собаки — семь тысяч. Корм покупается отдельно. Если необходимо лечение или вакцинация, то тоже надо дополнительно заплатить от 10 до 40 тысяч рублей — в зависимости от сложности состояния.
— Сколько денег вы потратили в начале своей волонтерской деятельности?
— Сначала наш семейный бюджет позволял тратить 10–15 тысяч рублей ежемесячно. Потом мы столкнулись с одним тяжелым случаем, когда единовременно на одно животное потребовалось больше денег. У нас был случай, когда к нам попала собака с щенками, которых сильно избивали, — требовались срочная операция, рентген, послеоперационное выхаживание — на это все надо было около 150 тысяч рублей. Когда нам понадобилась такая крупная сумма, мы написали посты в соцсетях.
— Как отреагировали люди в сети, сколько удалось собрать в первый раз?
— Мы собрали все 150 тысяч рублей с помощью пожертвований. В интернете очень отзывчивые люди, граждане готовы помогать друг другу или домашним животным безвозмездно. Я думаю, что если бы потребовалась сумма больше, то мы бы собрали и ее. Важно иметь репутацию, хотя мошенники тоже находятся. Люди обычно обращают внимание на активность профиля, количество животных на попечении, результат работы. Никто не жалеет средств на помощь. Я знаю случай, когда девчонки собрали около миллиона рублей и несколько месяцев лечили животных за эти средства. Я не поверю, если кто-то скажет, что не помог, потому что нет денег. Люди активно поддерживают нас в интернете.
Естественно, необходимо делать подробные отчеты: все чеки, выписки, квитанции важно показывать дарителям. Все адекватные и добропорядочные волонтеры так делают, иначе им не будут верить. Важно предъявлять фотографии всей отчетности. Необходимо, чтобы за каждую копеечку ты мог отчитаться. Когда все это выкладываешь, образуется команда людей, которых можно назвать финкураторами. Они начинают помогать на постоянной основе.
— Вы сказали, что дают деньги тем, у кого есть репутация. Сколько необходимо времени, чтобы тебе начали доверять?
— Первое время, конечно, тяжело. Надо просить людей, писать посты и постоянно демонстрировать животное, которому хочешь помочь, показывать все расходы. Сначала нужно вкладывать свои деньги, но через три — шесть месяцев уже нарабатывается репутация, появляется доверие. У меня первый случай с живодерством был очень громкий, о нем знал весь город. Там было много животных в тяжелом состоянии. Мы постоянно писали о текущей ситуации: кого отдали на передержку, какое оказали лечение, куда были потрачены деньги. Все это способствовало формированию позитивного образа в качестве волонтера.
Важно правильно освещать свою работу. Есть такие активисты, которые взяли к себе животное, собрали деньги и только через неделю решили что-то написать. Это так не делается, нужна постоянная работа. В этом плане на социальные сети могут уходить целые дни. Кроме того, что ты должен животному помочь, надо еще и людям об этом рассказать, отчитаться, все показать, ответить на вопросы, отреагировать на хейтеров, которые пишут негатив и обвиняют в мошенничестве.
— Много ли людей, которые негативно относятся к подобной деятельности, пытаюсь оклеветать вас?
— Есть, конечно, и такие, негатив найдется всегда и везде. Некоторые говорят: «Зачем вы собакам помогаете, лучше людям помогали бы». Мы отвечаем, что и людям помогаем: в детские дома ездим, в домах престарелых работаем. В Балашихе в этом плане много волонтеров, чем больше я погружаюсь в эту сферу и узнаю о них, тем больше радуюсь.
Есть те, кто пишет нам, что мы мошенники, спрашивают о средствах, которые мы собрали, и не верят в оказываемую нами помощь домашним животным. Не знаю, то ли это скупость людская, то ли зависть. Но надо отдать им должное, потому что есть и такие квазиволонтеры, которые собирают деньги на животных и сами живут на них. К сожалению, в каждой сфере есть мошенники.
— Вы сталкивались с такими мошенниками?
— У нас был такой случай, когда девушка содержала домашний приют и первое время и правда активно помогала животным. Все ей верили и помогали финансово: есть люди, которые брали для нее кредиты в 100 тысяч рублей. В какой-то момент она собрала очень много денег, около полумиллиона, и уехала на них отдыхать на море, оставив животных на две недели одних без присмотра и ухода.
Этот приют был рядом с нашим приютом, через уборщицу мы узнали, что туда никто давно не приходит. Мы пошли проверять и обнаружили там животных в запущенном состоянии и даже уже погибших. Потом было заведено дело на эту активистку, мы писали заявление в полицию. Вокруг недобросовестных людей, которые наживаются на теме зооволонтерства, много смертей.
Советую людям, которые переводят деньги на какую-либо благотворительность, смотреть отчеты, даты, фотографии и все остальное, чтобы не кормить таких горе-волонтеров. Важно следить, сколько было собрано денег, сколько потрачено и есть ли на все это чеки. Фотографии животного до и после. Если человек собрал деньги, сделал пару фоток, а потом пропал совсем, то это, скорее всего, мошенник. Эта сфера никак не защищена.
— Писать посты, выкладывать отчеты, помогать животным. Сколько на это уходит времени, как это можно совмещать с работой и семьей?
— Не знаю, как с пятидневкой, но с графиком два через два совмещать можно. Хотя за пять лет у меня не было ни одного выходного. Все свое свободное время я посвящала этой деятельности. Отдыхать я начала только сейчас — поскольку беременность сопровождается сильным токсикозом. С волонтерством жизнь меняется полностью, ты вливаешься в этот ритм: когда ты пристроил одно животное, у тебя сразу находится два других или даже десять.
— Как ваша семья относится к такой деятельности? Поддерживает?
— Родители переживают, особенно сейчас, когда я в положении. Муж подключился и тоже иногда приносит животных домой на передержку. У нас дома живут пять собак и кошек. Соседи не ругаются, мы строго следим за порядком, чистотой и тишиной. Нет запаха. Государством не регламентируется количество животных в квартире — главное, не мешать окружающим.
Я сама негативно отношусь к таким квартирам, где проживает более десятка собак и кошек, чаще всего непривитых, там грязно и неприятно пахнет. Нам как волонтерам приходится разгребать такие помещения, на которые поступает много жалоб от соседей. Я придерживаюсь мнения, что комфортно должно быть и людям, и животным, чтобы ничьи интересы не пересекались.
— Расскажите про свою команду единомышленников. Сколько человек вас поддерживает?
— Когда приют только зарождался, нас было пять человек, но потом каждый пошел своей дорогой. Я очень жестко отбираю хозяев, мне легче не отдать животное, чем отдать в непроверенные руки, чтобы не было повторных выбросов на улицу. К сожалению, не все поддерживают мою позицию. Поэтому мы остались вдвоем с еще одной активисткой.
Большую часть работы я выполняю сама. Но дружественная помощь всегда есть, волонтеры активно помогают друг другу. Есть специальные чаты, где можно обратиться за советом или поддержкой и призыв не останется без ответа. Благодаря волонтерству я поняла, что безвыходных ситуаций не бывает — главное, не сидеть на месте сложа руки.
В нашей деятельности большая текучка кадров. Многие приходят с большим энтузиазмом, но на практике оказываются не готовы к физическим и эмоциональным нагрузкам, некоторые не соблюдают меры предосторожности, тем самым нанося вред и себе, и животным. Нам приходится сталкиваться с тяжелыми ситуациями. Я часто плачу, но потом успокаиваюсь и продолжаю помогать животным. Многие волонтеры не могут справиться со своими эмоциями и оставляют это занятие.
— Вы уже более пяти лет в этой сфере и наверняка знаете об изменениях, которые происходят, в том числе на законодательном уровне. Год назад принят Федеральный закон «Об ответственном обращении с животными». Как вы считаете, насколько эффективно сегодня законодательство? Как отражаются принимаемые законы на реальной обстановке? Чего еще не хватает? Как нужно регулировать сферу обращения с животными?
— Если говорить всю правду, начистоту, то ситуация меняется медленно. По моему мнению, сфера добросовестного обращения с животными в нашей стране недостаточно регулируется государством. Я много общаюсь с волонтерами, которые занимаются этим более 10 лет, и, если сравнивать с тем, что было раньше, изменения, безусловно, есть.
Все больше и больше людей заражаются желанием помогать, многие понимают, что есть проблемы, и участвуют в их решении. Распространению информации и участию граждан способствуют социальные сети. Однако остается удручающая ситуация в регионах — там нет возможности оказывать медицинскую помощь и мало волонтеров, поэтому животных везут в Москву.
Законодательство, конечно, меняется в лучшую сторону, но, чтобы доказать живодерство и привлечь к ответственности, необходимы веские доказательства, много времени и сил. А волонтеры больше заняты ликвидацией последствий и организацией дальнейшей судьбы животного, поэтому мало кто этим занимается. Есть единичные случаи, о которых я знаю, когда живодеров сажали в тюрьму за это.
Безусловно, жизнь не стоит на месте, есть улучшения, но все равно существующих мер недостаточно. Я могу сказать это по своему личному опыту: взять хотя бы тот случай с живодером в парке. Мы обращались в полицию, у нас на руках было пострадавшее животное, дубинка в крови, необходимо было провести экспертизу (которую полиция обязана делать), над нами посмеялись и назвали малолетними дурочками. Полиция не относится серьезно к проблеме жестокого обращения с животными. Если бы не телевидение, наверное, мы бы не смогли привлечь злоумышленника к ответственности. Благодаря СМИ удалось привлечь внимание власти и общественности. Если создать резонанс в обществе, то есть вероятность наказать виновного и разрешить ситуацию.
— Продолжая тему взаимодействия с властью и совершенствования законодательной базы, как вы считаете, какие должны быть приняты меры, чтобы виновных привлекали к ответственности и система работала максимально эффективно?
— Чтобы дело попало в суд и человек понес ответственность, должна быть проведена экспертиза. Фото- или видеофиксация издевательств над животным не является доказательством вины. Помимо государственной, есть независимая экспертиза, но она стоит более 10 тысяч рублей, далеко не все волонтеры имеют средства на ее проведение. Я считаю, что использование фотографий, видеоматериалов или показаний свидетелей для заведения дела в полиции было бы хорошим подспорьем, чтобы случаи издевательств над животными сокращались, а виновные привлекались к ответственности.
Думаю, что нам нужно перенимать практику европейских стран, когда за выбрасывание собак и кошек на улицу, за насилие над животными платят большие штрафы. Там введены налоги на содержание животных, а также обязательное чипирование и стерилизация домашних животных. Все это должно стать нормой и для нашего общества.
Большинство бездомных животных — это бывшие домашние любимцы, которых выбросили на улицу. В приюте можно найти практически любую дорогую породу собаки или кошки, которые были выведены в специальных питомниках. Люди сначала заводят себе питомца, а потом по тем или иным причинам выгоняют его на улицу. Призываю людей, желающих завести себе собаку или кошку, сначала сходить в ближайший приют, это может значительно сэкономить семейный бюджет.
Не думаю, что проблему можно решить исключительно ужесточением наказаний, во многом это безответственное отношение самих людей. Важно менять отношение в обществе к данной ситуации. Например, содержание собак хаски в городских условиях — это преступление. Это ездовые собаки, которые спят на улице при температуре минус 40 градусов, им необходимо много места и нужна возможность бегать на длительные дистанции.
Хозяева должны обязательно чипировать своих животных. У нас в стране эта процедура пока необязательная, поэтому многие ей пренебрегают. Для того чтобы закон заработал, нужно время, возможно не одно десятилетие. Кроме этого, необходима большая осведомленность людей: чем выше информированность, тем лучше.
Ситуация меняется в лучшую сторону благодаря возникновению фондов и различных некоммерческих организаций. Неравнодушные граждане проводят уроки доброты в школах. Тема добросовестного отношения к домашним животным набирает популярность. Сегодня модно брать животное из приюта, люди задумываются над этой темой, и участие известных, медийных людей в этом движении способствует распространению такой тенденции.
— Расскажите о своем опыте взаимодействия с некоммерческими организациями или бизнесом.
— Я лично неоднократно обращалась в первый в России многофункциональный центр реабилитации животных «Юна» и фонд «Подарок судьбы». Они открыты к волонтерам, оказывают информационную и консультативную поддержку, приглашают на свои выставки. С коммерческими компаниями опыта общения у меня не было, а вот личные пожертвования и меценатство — распространенная практика.
— У вас или у ваших коллег были попытки сбора средств через краудфандинговые платформы?
— Я сама не пробовала, но мои знакомые, занимающиеся более масштабными проектами или имеющие крупные приюты, собирали средства на сайте «Планета.ру». Если поставить задачу открыть большой приют, то надо приложить много сил и потратить время, но все реально. Можно найти спонсора через краудфандинг и рассказать о себе через средства массовой информации, сегодня существует много статей, посвященных этой теме.
— Что нужно, чтобы самостоятельно открыть приют? Поделитесь своим опытом.
— Мы с трудом нашли помещение, собственник которого согласился сдавать его для содержания кошек. Собственными силами мы открыли «Котодом Мурлыка». В дальнейшем планируем открывать свой фонд согласно всем требованиям. За пять лет нам удалось спасти жизни более 100 животных. В среднем в приюте находится от 30 до 40 животных, у меня на личном кураторстве 8–10. За время моего вовлечения в эту сферу у меня не было ни одного дня, когда не было бы животных на попечении. Каждый день находятся братья наши меньшие, которые нуждаются в заботе и опеке.
Таких приютов, как наш, очень много по Москве и области, данная сфера никак не контролируется, никаких проверок не проводится. Я согласна с тем, что необходим контроль, это позволит избежать появления «черных» приютов. Но ответственные за это органы не справляются даже с государственными приютами, где содержатся по несколько тысяч животных. Поддерживаю общественный контроль в этой сфере: сейчас начинает появляться много народных волонтеров, которые регистрируются и могут прийти в любой приют, а затем написать свое мнение об условиях содержания в нем животных.
Сегодня создаются муниципальные приюты, куда также можно прийти волонтеру и помогать в работе учреждения. Несмотря на наличие неофициальных приютов, их количество все равно недостаточно, не хватает персонала для работы с бездомными животными. Важно взаимодействие муниципальных приютов и волонтеров. Сотрудники успевают накормить и убрать вольеры, а выгулять и лечить — это могут сделать только волонтеры. Также в муниципальных приютах не занимаются поиском потенциальных хозяев для животных, на это нет времени и сил, поэтому эта задача ложится на плечи волонтеров.
Важна просвещенность самих волонтеров, необходимо делать прививки, следить за своим здоровьем и соблюдать меры. Во время беременности я продолжала посещать приюты и взаимодействовать с животными. Я не боюсь за себя, потому что изучила этот вопрос, понимаю возможные риски и знаю, как их можно минимизировать. Раньше я была неинформированной и многого не знала, теперь обезопасила себя.
Я планирую продолжать этим заниматься и в дальнейшем, не хочу бросать эту деятельность. Первое время после рождения малыша, конечно, сократится объем работы, но по мере взросления ребенка буду совмещать и вскоре планирую возобновить свое любимое занятие с прежней вовлеченностью.

Эта публикация на сайте Общественной палаты

Похожие публикации