Официальные новости

Илья Торосов: внесенный в Госдуму законопроект учитывает равные права кредиторов в делах о банкротстве

83

Об этом рассказал заместитель министра экономического развития России Илья Торосов на «Петербургском международном юридическом форуме». В ходе своего выступления, он подчеркнул, что регистр арбитражных управляющих – это государственная информационная система и ФНС, которая занимается госрегистрацией юридических лиц и ИП имеет опыт и функционал для ведения этого регистра. Однако, служба не будет иметь влияния на выбор арбитражных управляющих.

То же касается и выплат при ликвидации банкрота. У ФНС преимущества, которое было в первоначальной редакции законопроекта не осталось. «Что касается текущих платежей, теперь не только ФНС, но и все кредиторы могут иметь право голоса. Здесь у нас приоритета ФНС нет. Что касается “арестантского” залога – мы тоже убрали приоритет ФНС. Его могут иметь и другие кредиторы», – рассказал Илья Торосов.

По недоимкам единственный приоритет налоговой, сохранившийся в редакции законопроекта, который уже внесен в Госдуму остался при доказательстве сговора кредитора с должником. Если ФНС сможет доказать в суде, что банк заложил имущество для того, чтобы уйти из-под нормы залога в пользу государства по налоговым недоимкам, то в этом случае служба станет залоговым кредитором в приоритетном перед банком порядке.

Поменялась и ориентация банкротства. Действующие реабилитационные процедуры не воспринимаются бизнесом, как способ решения проблем. Эти процедуры применяются крайне редко, а должники, соответственно, упускают шанс спасения бизнеса, выводя активы на добанкротной стадии. Так, например, в 2019 году в России всего в 1,8% случаев вводились действующие реабилитационные процедуры, в то время как в США этот показатель составил 30%.
 
По словам Торосова, основная задача при подготовке реформы банкротства, которую ставило перед собой Минэкономики – сделать банкротство, прежде всего механизмом реабилитации, реструктуризации долгов. Чтобы бизнес не боялся входить в банкротство, понимая, что, если он входит в процедуру, у него есть шанс перезапустится. «Сейчас всего 2% реабилитационных процедур. Это значит, что ты понимаешь, что, когда входишь в банкротство – ты потеряешь бизнес», – сказал замминистра.

Стоит учитывать и неэффективность действующих реабилитационных возможностей. Они также редко заканчиваются восстановлением платежеспособности должников и сильно затягивают процедуру. «Сейчас кредиторы должны понимать, они спасают бизнес и тогда входят в реабилитацию. Она до 4 лет. Возможно ее продлить еще на 4 года. Возможно договориться о дисконте, причем большинством голосов кредиторов. Например, 20% дисконт позволяет нам спасти бизнес. Давайте сделаем по 20%, через 4 года нам бизнес отдаст. Мы прекрасно понимаем, что это шанс вернуть деньги, чем сейчас через торги ликвидировать, с учетом понимания, какой у нас процент возвратности в торгах», – сказал Торосов.

Законопроектом предусмотрены разные варианты в реструктуризации управления. Это может быть, как совместное управление должника и кредитора, так и антикризисный менеджер. При этом, как сказал Торосов, если подаются заявления и о реструктуризации, и о ликвидации – в приоритете реструктуризация. «Суд принимает сразу решение, что, если есть заявление о реструктуризации – вводит реструктуризацию. За 4 месяца кредиторами предоставляется план оздоровления и входе обсуждения на собрании кредиторов принимается решение о реструктуризации».

Говоря о изменении системы выбора арбитражных управляющих, Торосов отметил, что после многочисленных консультаций с Верховным Судом ведомство решило пойти по направлению бальной оценки случайного выбора арбитражных управляющих. В этой системе будет учитываться оценки по результатам их эффективной работы за последние три года. «Наша основная задача, чтобы управляющие были независимы, и чтобы их оценивали и выбирали по результатам эффективности, а не как сейчас – кого знаешь того ставишь», – сказал он. При этом, сначала эта норма была прописана в законопроекте, однако, потом было принято решение ее убрать в подзаконные акты, чтобы была возможность оперативно вносить изменения, более тонко настраивая этот механизм.

Чтобы все нововведения «заработали» необходимо принять около 40 подзаконных актов. Кроме того, отложенные сроки вступления в силу реформы нужны для адаптации рынка к новому регулированию, «перенастройки» института банкротства. «Это очень сложный проект, который меняет всю архитектуру банкротства. И участникам банкротства нужно подготовится. Это был компромисс с рынком. Год — это минимум. Старые процедуры по мнению ГПУ Президента, должны быть более чем год. Мы оставили их два года. Реально реформа закончится через три года», – резюмировал Торосов.

Эта публикация на сайте Минэкономразвития

Похожие публикации