Официальные новости

О развитии системы налогового мониторинга

37

Перед совещанием Дмитрий Медведев осмотрел новую модель помещения инспекции Федеральной налоговой службы.

Совещание о развитии системы налогового мониторинга

Из стенограммы:

Д.Медведев: Мы встречаемся в налоговой службе, для того чтобы обсудить достаточно интересный институт, так называемый налоговый мониторинг, который начал работать с 1 января 2015 года, функционирует уже несколько лет. Он позволяет налоговикам получать доступ к данным бухгалтерского и налогового учёта компаний, которые заключили с Федеральной налоговой службой соответствующее соглашение, с высокой точностью оценить налоговые обязательства компании. Как я понимаю, это удобно для всех. То есть выигрывают все – и представители налоговых властей, и, что не менее важно, бизнес.

Во-первых, снижаются трудозатраты на администрирование налогов, это достаточно серьёзная, масштабная работа, в крупных компаниях в особенности. Все данные можно получить, никуда не выезжая. С другой стороны, растут доходы государства, поскольку выявлять ошибки и доплачивать налоги можно в оперативном режиме. Бизнес – а это, я считаю, исключительно важно – в большинстве случаев освобождается от камеральных и выездных налоговых проверок, это всегда большая головная боль для компании. От неожиданных визитов, которые далеко не всегда полезны для хозяйственной деятельности, когда почти вся структура, вся компания начинает работать на эту проверку, нормальный ритм сбивается. Дело даже не в каких-то нарушениях, а в том, что это само по себе достаточно серьёзное испытание.

По сути, мониторинг позволяет минимизировать персональное взаимодействие контролёра и проверяемого за счёт расширения инструментов дистанционного контроля. И самое главное, что присоединение к этому мониторингу формирует правильные поведенческие условия, поскольку на него соглашаются те компании, которые хотят быть открытыми (или готовы быть открытыми) для общества и государства, кто хочет продемонстрировать прозрачность своей работы клиентам, партнёрам по бизнесу. То есть согласие на налоговый мониторинг среди прочих факторов позволяет бизнесу формировать позитивный имидж самой компании, репутацию открытой и современной компании.

За последние годы количество участников налогового мониторинга выросло с 7 до 44 компаний. Эти компании обеспечивают более 12% всех налоговых поступлений в  федеральный бюджет.

Я позвал руководителей компаний, это все очень крупные российские компании, лидеры экономики. И здесь присутствует несколько дочерних обществ крупных международных корпораций.

Опыт налоговой службы может быть полезен и в работе других контрольных служб. Нужно переходить в целом от жёстких действий, которые осуществляются уже постфактум, в режиме реагирования, – к превентивным мерам, профилактике. Перестраивать работу таким образом, чтобы смещать акцент с ответственности на предотвращение тех проблем, которые потенциально могут возникнуть.

И информационные технологии – в этом смысле наша налоговая служба является наиболее передовой организацией – позволяют всё это делать, работать в прозрачном режиме. Надеюсь, что опыт Федеральной налоговой службы в этой части будет полезен и для других органов управления. Особенно с учётом того, что сейчас мы готовим довольно серьёзную реформу контрольно-надзорной деятельности.

Я просил бы коллег высказаться. Сначала послушаем руководителя ФНС.

Пожалуйста, Михаил Владимирович (обращаясь к М.Мишустину).

М.Мишустин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые участники совещания!

В первую очередь мы хотим сегодня показать систему налогового мониторинга, доложить Вам о результатах работы, связанных с введением в России систем налогового мониторинга. Вы сказали, что к ней подключилось уже 44 компании. Если говорить об основе такого расширенного взаимодействия с налогоплательщиками, то в первую очередь это открытие информационных систем крупных компаний, что практически ведёт к отсутствию у них камеральных выездных налоговых проверок. Сделано это на основе принципа добровольного совместного соблюдения требований налогового законодательства, который известен во всём мире.

Развитие налогового мониторинга у нас в России началось с 2012 года. Я хочу поблагодарить коллег, которые начинали с нами этот проект – это компания «Роснефть», компания «Эрнст энд Янг», ряд других компаний, с кем мы отработали до 2015 года все основные элементы, связанные с системами налогового мониторинга и уже имплементировали с 1 января 2016 года это в нашу жизнь. Нефтяная и газовая отрасли, банки, металлургия, энергетика, машиностроение – это основные отрасли, компании которых участвуют в налоговом мониторинге.

Мы как раз проверили, 12,25% федерального бюджета эти компании обеспечивают.

Критерии, которым должна соответствовать компания, чтобы стать участником налогового мониторинга, – это оборот более 3 млрд рублей, активы компании тоже более 3 млрд рублей, совокупные уплаченные налоги в течение года во все уровни бюджета должны быть больше 300 млн рублей. Таких компаний чуть больше 1,8 тыс., соответственно, они так или иначе думают, размышляют, многие пока делают свои аналитические прогнозы, вкладываться ли им в изменение своих систем для того, чтобы сделать такой мониторинг возможным.

Д.Медведев: Это затратная история?

М.Мишустин: Да. Первые, кто прошли (я надеюсь, может быть, сегодня коллеги скажут, сколько они потратили) – это «САБ», ряд других компаний, в том числе 1С, которые предоставляют такие услуги.

Сначала об истории развития системы налогового мониторинга. Это стало идеей в 2005 году, которую реализовали в Голландии, Ирландии и Соединённых Штатах Америки. Называлось это горизонтальной системой мониторинга с соответствующими расширенными отношениями налогоплательщиков и налоговых органов. Позже 24 страны присоединились к этим системам. Мы постарались сделать так, чтобы все последние инновации, в первую очередь возможность работы онлайн с этими системами, были реализованы в нормативной базе и требованиях к системе внутреннего контроля в Российской Федерации. Нормативная база, которая у нас создана, соответствует всем международным стандартам. В первую очередь это риск-менеджмент – стандарт ИСО 31000. Это стандарты ОЭСР, стандарты аудиторов. На сегодняшний день, в том числе по оценкам наших зарубежных коллег, ОЭСР, мы полностью соответствуем требованиям, которые международные организации предъявляют к налоговому мониторингу.

Что важно? В первую очередь это совместная оценка рисков, когда компания абсолютно откровенна и налоговая служба оценивает риски до начисления налогов по всем видам соответствующих налогов и сборов. В частности, мы взяли интегрированные показатели, по налогу на прибыль компании видят в разы больше рисков, чем налоговая служба. Если компании важно понимать ситуацию, она запрашивает мотивированное мнение, или рулинги, налоговой службы. Таких рулингов выпущено 30, более чем на 116 млрд рублей по совокупной налоговой базе.

Д.Медведев: Каково правовое назначение так называемого рулинга? На него могут ссылаться потом другие компании как на прецедент или нет?

М.Мишустин: Вы имеете в виду прецедентное право, чтоб потом в судах…

Д.Медведев: У нас нет прецедентного права в стране, мы не англосаксонская страна. Я про другое: ссылаться на то, что уже аналогичным образом соответствующий казус был разрешён?

М.Мишустин: Нет. Мотивированное мнение в этом смысле выпущено только в сторону компаний. Мы хотели сегодня показать дерево уровня зрелости систем внутреннего контроля, которое компании сами оценили. Это совместная оценка налоговиков и тех, кто участвует в налоговом мониторинге.

Нас радует, что если говорить о ста баллах полного соответствия зрелой системе внутреннего контроля, то средняя оценка уровня зрелости сегодня составила 48 баллов, то есть примерно половина. Но точно абсолютно, что практически все компании, в том числе присутствующие, – добросовестные, хотят полной прозрачности своей финансовой отчётности.

Больше вопросов к матрице рисков, описанию контроля, оценке эффективности контроля. То, над чем мы сейчас работаем, те KPI, которые компании ставят на будущее, чтобы быть более прозрачными.

И наконец, преимущества. Вы говорили в своём вступительном слове, что, без сомнения, сокращаются трудозатраты компаний на сопровождение мероприятий налогового контроля – более 30%. Колоссально сокращается количество истребованных документов. На сегодняшний день мы фиксируем на 77% сокращение таких требований. Почти наполовину снижается резерв по неопределённым налоговым позициям. И соответственно, закрытие годового периода проходит в три раза быстрее – за квартал всё закрывают. Особенно это касается крупных, больших корпораций с большими соответствующими операциями.

В заключение своей презентации я бы хотел сказать несколько слов о развитии налогового мониторинга. Дмитрий Анатольевич, мы бы хотели обратиться к Вам для того, чтобы было соответствующее поручение компаниям с государственным участием – рассмотреть возможность налогового мониторинга такого режима. Соответственно, при такой возможности идти на этот режим, потому что он снижает издержки компании, создаёт прозрачность и, конечно, повышает для нас достоверность налоговой отчётности.

Далее – вопрос о создании единой с налоговой службой системы выявления и оценки рисков и внедрении инструмента согласованной налоговой базы, который повысит соответствующий уровень прогнозирования поступления налогов и сборов.

И наконец, роботизация налогового контроля на основе стандартного файла налогового аудита, что практически позволит нам без каких-то ручных операций проверять все соответствующие соотношения, которые необходимы для исполнения налоговых обязательств компании.

Мы хотели также продемонстрировать на примере уважаемого нашего налогоплательщика, компании «Аэрофлот», как видит и налоговый инспектор, и сотрудник системы внутреннего контроля или финансовый директор «Аэрофлота» её налоговую бухгалтерскую отчётность.

Д.Медведев: Пожалуйста, Виталий Геннадьевич.

В.Савельев: В январе 2018 года мы приступили к разработке системы. Основой является интегрированная система управления предприятием SAP ERP – это европейская система, у нас внедрено 13 движков. Я думаю, по внедрению SAP в России мы одни из самых продвинутых.

В систему вводятся первичные документы – в этом заключается ручная работа бухгалтера-оператора, – которые затем поднимаются наверх. Контроль осуществляется с двух сторон: налоговый инспектор контролирует на витрине и мы контролируем изнутри. Когда возникают какие-либо отклонения, они фиксируются, налоговый инспектор видит, что именно мы исправили и как. В случае необходимости он может запросить данные или отправить запрос.

Также в системе мы видим, какие документы необходимы для того, чтобы подготовить НДС, налог на прибыль и так далее, как распределены наши документы. Это даёт нам возможность правильно формировать бухгалтерские отчёты и распределять ресурсы бухгалтерии.

На следующем этапе мы сделаем чат-бот, в котором будем общаться с налоговыми инспекторами.

Кроме того, в системе есть история запросов. Чем она интересна? Мы видим пофамильно сотрудников налоговой службы, которые зашли к нам, так же как они видят наших людей. Мы здесь показываем все документы, которые идут по запросу. Вот правильно сказал Михаил Владимирович, Вы тоже, Дмитрий Анатольевич: количество запросов налоговой инспекции с 2018 года сократилось более чем на треть, в четыре раза уменьшилось количество бумажных документов, которые мы представляем в налоговую инспекцию. И мы сократили подготовку годового отчёта, что для нас довольно сложно, вместе с «дочками», на два месяца. Для нас это существенно, мы и МСФО, и РСБУ делаем. Эта система для нас настолько сейчас понятна и прозрачна, что никакой рекламы не надо. Мы не боимся проверок (их было много), экономим деньги плюс сами видим, что сделали всё правильно, у нас меньше налоговых рисков, и мы это показываем совершенно чётко налоговой инспекции, которая тоже нам не задаёт лишних вопросов.

Что собираемся ещё сделать? У нас есть кабинет налогоплательщика в налоговой инспекции, мы собираемся в этом году к нему подсоединиться, чтобы его – в нашу витрину, чтобы это всё было вместе. Мы хотим развивать систему внутренних налоговых контролей и неэлектронное взаимодействие с сотрудниками ФМС с помощью чат-бота, хотим иметь закрытую оболочку, в которой будем общаться и которая будет недоступна для внешнего проникновения. В ней люди смогут откровенно общаться, говорить, что есть какие-то неточности, ошибки и так далее.

2020 год для нас будет очень интересным. Мы собираемся заниматься роботизацией налоговых контролей, интеграцией с производственными системами. У нас есть биллинговая система, которая пока не затронута, но Вы знаете, Дмитрий Анатольевич, «Аэрофлот» зацифрован почти на 100% – в целом, все бизнес-процессы. Мы хотим дать допуск ко всем нашим процессам, чтобы и налоговая инспекция видела, и система бронирования Sabre, и производственная система AMOS. Чтобы она была полностью доступна. И мы хотим реализовать файл налогового аудита SAF-T, чтобы налоговая инспекция была полностью осведомлена о наших действиях и всех наших тратах.

В 2021 году – мы очень надеемся, мы этим занимаемся – уже перейдём к применению технологий искусственного интеллекта, который будет прогнозировать налоговые риски и налоговые поступления, что для нас очень важно. В 28 разделах мы показываем, что переплачиваем налог. Я вижу в мониторе руководителя, что мы переплатили налоги, причём сумма приличная. Почему переплатили? Потому что мы неправильно спрогнозировали. Это не проблема налоговой, это наша проблема. Мы считаем, что искусственный интеллект позволит нам более точно прогнозировать, потому что у нас сезонность большая и эта система вполне рабочая.

Эта публикация на сайте Правительства

Похожие публикации